Нужно обращаться в Страсбург, там такие дела принимают с радостью, говорят ульяновские правозащитники по поводу суда о наследстве, в котором дважды победу над наследниками одержало государство.

История вопроса Два года назад в «СК» вышла статья о судебной тяжбе пенсионерки Марины Борисовны Гумбар и государства за крупное наследство. Пенсионерка государству проиграла. После выхода статьи в редакцию посыпались звонки от профессиональных юристов. Правоведы были крайне удивлены и ходом, и результатом дела, упирая на то, что, по Гражданскому кодексу РФ, государство может претендовать на имущество только в том случае, если у наследодателя нет вообще никого или все его родственники отказались от наследства. В конкретном же случае государство вступило в «дело о наследстве» практически одновременно с потенциальной наследницей, судилось с ней и выиграло процесс.

В прошлом году объявился новый претендент на наследство.

Еще один наследник У Алиды Валентиновны Дячок, после смерти которой остались две однокомнатные квартиры и дом с земельным участком в центре города, не было наследников по прямой. Своего единственного сына она похоронила. Марина Борисовна Гумбар приходилась ей двоюродной племянницей и единственной родственницей, проживающей в Ульяновске. Гумбар обратилась в Ленинский районный суд с иском об официальном признании родства и права на наследство, но ей было отказано.

Вспоминать подробности этого судебного дела нет смысла. Тут интересно другое: Марина Борисовна, вникнув в свою родословную, поняла, что наверняка у покойной Алиды Валентиновны есть другие родственники за пределами Ульяновска. Поскольку на кону стояло немалое наследство, женщина не пожалела времени и сил на их розыск работала в архиве, вела переписку. К августу прошлого года этот труд увенчался успехом: Марина Борисовна разыскала в одной из бывших союзных республик племянника Дячок. Выяснилось, что дед этого человека и отец Алиды Валентиновны были родными братьями. Встреча с потенциальным наследником убедила Гумбар в успехе дела: у него на руках были документы, доказывающие родственную связь с Дячок.

Подвела автобиография?

Иск в Ленинский районный суд был подан без промедления – в сентябре прошлого года. К тому времени государство уже распорядилось «тетушкиным наследством». Одну из квартир Территориальное управление Росимущества закрепило за собой на праве оперативного управления. Вторую квартиру и дом – за Федеральной службой по контролю за оборотом наркотиков.

Такую поспешность (к тому времени еще не истек срок исковой давности) адвокат истца сочла незаконной. То есть начало процесса было непростым. Продолжение тоже.

Если разложить на столе справки о рождении, о заключении брака, выписки из документов, хранящихся в архиве (копии всех этих документов есть в распоряжении «СК»), то картина родства истца и наследодателя, словно пазлы, складывается безупречно. Тем не менее суд свои выводы построил, основываясь не на этих документах, а на выписке из личного дела отца Алиды Дячок, полковника Растегина, который в автобиографию вписал только отца и мать, не упоминая брата Леонида.

На этом основании суд делает вывод, что Леонид (дед истца) не был в родстве с отцом Алиды Дячок. Это один из главных аргументов, на котором строится доказательство, что родственных связей у истца с наследодательницей нет.

Полковник Растегин мог не упомянуть своего брата в автобиографии, потому что Леонида к тому времени давно не было в живых или потому что брат был репрессирован, возражает истец и напирает на то, что суд, на его взгляд, не отдал должного внимания анализу других документов.

Не обсуждать, но оспаривать Племянник из бывшей союзной республики (этот человек просил в газетной публикации не указывать ни своего имени, ни места жительства) дело о наследстве Российскому государству проиграл. Как и его родственница из Ульяновска.

Суд решил, что и в этом случае родственные связи не доказаны.

Другая причина отказа – пропуск срока вступления в наследство. По закону его можно восстановить в том случае, если истец не знал и не мог знать об открытии наследства. Судья Чурбанова сочла, что истец, коли уж он претендует называться племянником Дячок, должен был знать о ее смерти. За скобками осталось, что он живет в другой стране и более тридцати лет не был в Ульяновске… Решения суда не принято обсуждать. Их можно оспаривать. В январе проигравшая сторона подала кассационную жалобу на решение Ленинского районного суда от 24 декабря 2008 года. Исход дела пока не ясен.

В случае с Гумбар апелляция в вышестоящую инстанцию дела не изменила: решение суда первой инстанции осталось в силе.

Юристы советуют Страсбург Независимые юристы считают это дело о наследстве очень неоднозначным. Вопросов по нему у наблюдателей возникает много. Во-первых, как упоминалось выше, им непонятно, почему государство заявило о своих правах на имущество покойной Дячок одновременно с Гумбар, которая претендовала на наследство как племянница, и никто ее прав на тот момент еще не опроверг. Почему, выиграв дело, государство, нарушая срок исковой давности, поспешило распорядиться имуществом? По закону, с момента вступления в силу решения суда об отказе Гумбар в наследстве в течение трех лет имущество Дячок должно было оставаться в стадии наследования (то есть не выморочным, а бесхозным) на тот случай, если наследник отыщется.

Дом в элитном районе города, принадлежавший Алиде Дячок, еще в феврале прошлого года приватизирован сотрудником Федеральной службы по надзору за оборотом наркотиков. Земельный участок в настоящее время находится в стадии оформления в собственность. Одна из квартир той же федеральной структурой передана сотруднице службы по договору социального найма. В другой квартире с января полным ходом идет ремонт… Все это вместе взятое вызывает у юристов недоумение. Если даже государство вступило бы в права на всю эту недвижимость, то по закону должно было ее продать, а вырученные средства направить в бюджет. Исключением мог бы быть случай передачи упомянутого выше жилья лицам, социально не защищенным. Например, выпускникам детских домов, или инвалидам войны, или многодетным семьям, десятилетиями стоящим в очереди на квартиру… В конкретном случае квадратные метры жилья и земли получили граждане вполне благополучные.

Почти два года назад Марина Гумбар не воспользовалась шансом обратиться в Европейский суд. Она решила, что дело о наследстве Алиды Дячок может быть решено с благоприятным исходом для наследников в российской судебной системе, поэтому и принялась за поиски дальней родни.

Новое дело о наследстве Дячок уже проиграно в первой судебной инстанции. Теперь можно рассчитывать только на изменение этого решения в судебной коллегии по гражданским делам облсуда… Или на вступление в борьбу новых наследников? Юристы советуют претенденту на наследство на этот раз не терять даром сил и в случае проигрыша, не медля, идти в Страсбург. Говорят, что Страсбург, конечно, завален жалобами россиян, но такие дела, как это, там принимают с удовольствием… Очень уж все очевидно.

Татьяна ЗАХАРЫЧЕВА