В Международный день борьбы с коррупцией в Ульяновске состоялось заседание круглого стола, посвященное вопросам освещения борьбы с коррупцией в местных СМИ. Что и говорить, проблема эта, уже окрещенная третьей национальной бедой (после дураков и дорог), заслуживает самого пристального внимания прессы – кто ж спорит?

Красть нечего?

Однако пока настроения в обществе царят преимущественно негативные. По уровню коррупции наша страна занимает одно из последних мест в мире. Согласно недавним исследованиям, 67 процентов россиян считают, что и через год коррупция в стране не уменьшится или даже вырастет. Коррупционный оборот в России достиг почти половины ВВП – таковы сведения Всемирного банка. Судя по опросам, проведенным по заказу уполномоченного по противодействию коррупции в Ульяновской области, около половины респондентов нашего региона полагают, что за последние пять лет уровень коррупции вырос. Только пятой части наших земляков никогда не приходилось давать взятки. Причем самыми коррумпированными сферами в нашей области оказались медики, органы ГИБДД и преподаватели вузов (по России первое место прочно удерживают чиновники). Любопытно, что все те же местные опросы доказывают удивительную вещь: оказывается, по мнению ульяновцев, коррупция в нашем регионе ниже, чем в среднем по России. Вот ведь незадача! Неужто правда уже «красть нечего»?

Слова о свободе слова

Ну а что же пресса? Выяснилось: ульяновские чиновники считают, что именно ее вклад в противодействие с коррупцией пока недостаточен, хотя чуть ли не все условия по предоставлению информации для СМИ властями созданы. Оказывается, в регионе преобладает новостная или «заказная» журналистика, а «антикоррупционной» аналитики нет. Вот ведь какое открытие! Да в наших полузадушенных СМИ аналитический формат отсутствует по определению. Кто же до этого довел, господа?!

Правда, областной уполномоченный по противодействию коррупции Александр Павлов настроен довольно оптимистично. «Сегодня журналисты сообщают своей аудитории только коррупционные факты как сводки с мест боевых сражений, – полагает он. – Почему? Во-первых, это вопрос журналистского профессионализма. Во-вторых, свобода слова есть, но никто не умеет ей пользоваться…»

Хорошо, если так – это поправимо. А если и впрямь не существует самой свободы слова?..

Социальная «несмелость»

«Журналистам ничего не надо бояться, а чиновникам следует впускать их в своих кабинеты, – заявила заместитель председателя Законодательного Собрания, председатель ульяновского отделения Союза журналистов России Тамара Дмитриева. – Многого в плане коррупции можно было бы избежать, если вскрыть язву заранее».

Что ж, золотые слова. Только ни чиновники не торопятся распахивать для нас свои двери (на каждый вопрос – тридцать три согласования и миллион отговорок), ни журналисты не забывают о своей боязни оказаться в информационном вакууме, попасть в «черный список». На круглом столе — со стороны смишников — об этом говорили многие. И о том, что можно критиковать власть сколько угодно — чиновники все равно не реагируют. В лучшем случае, пришлют вялый ответ на критику по самому ничтожному поводу. И о том, что рискованно публиковать что-либо до решения суда, потому что СМИ сегодня никто не защищает, — так и до иска в собственный адрес недолго. Поэтому призывы к «социальной смелости» журналистов останутся таковыми до тех пор, пока чиновники «ведут себя, как маленькие князьки» и все решается на уровне родственных связей и кумовства.

С-вечный вопрос

Так, довольно убого освещается в СМИ ситуация с нынешним природным «апокалипсисом» на территории шести районов области, которые объявлены зоной чрезвычайной ситуации. Во многих населенных пунктах Левобережья на самарском направлении (в том числе во втором по величине городе региона — Димитровграде) нет или до недавнего времени не было электричества, телефонной связи, питьевой воды. Люди массово скупают продукты питания, выстраиваются в длинные очереди к колонкам или машинам с подвозной водой, как во время войны. По словам уполномоченного по борьбе с коррупцией и председателя Совбеза при губернаторе, присутствует в этой беде и коррупционный фактор, к примеру, в плане отсутствия резервных источников электропитания, которые то ли сгнили, то ли были разворованы. А районные газеты в это время пишут, что в магазинах не хватает свечей и хлеба. И всего делов…

«Трёхгрошовая опера»

Конечно, коррупция существует до тех пор, пока имеет экономический смысл. К сожалению, эта ситуация остается актуальной для России. Действительно, по нашим улицам ездят джипы, в городе вырастают элитные микрорайоны, и всеми этими благами пользуются многие чиновники, получающие относительно небольшую зарплату. Однако соответствующие структуры этих фактов словно не замечают, хотя, казалось бы, все довольно очевидно. Или государство боится, что, перекрой оно совсем коррупционный канал, все наши стройки встанут и автомобили лишатся спроса? А может, само государство лишится инструмента «полицейского» давления, когда почти на всех есть тот или иной компромат и в нужный момент его можно слить, если кто-то стал неугоден, как, к примеру, Лужков?! Поэтому, когда наше больное, нищее общество призывают к нетерпимости в отношении коррупции, вспоминаются слова «Трехгрошовой оперы» Брехта: «Сначала дайте нам пожрать немного, а уж потом учите честно жить». Улучшите прозрачность, повысьте уровень жизни — и «третья беда» России канет в Лету сама собой!

София МОРЖОВА