Интересный вывод делает из статьи «Умерьте жадность, верните дворников» («СК» за 29.01.2011 г.) один из наших читателей. Статья была посвящена снежным завалам на улицах Ульяновска.

Смысл ее – в том, что бардак в городе будет до тех пор, пока власть не вернет дворников. Снизив, например, доход каждого чиновника (теперь оговариваемся – каждого не рядового чиновника) на пять тысяч рублей, от чего они вовсе не обеднеют, и наняв тысячу рабочих для очистки улиц и дворов. И положив им зарплату в десять тысяч рублей в месяц.

Предлагая этот выход из ситуации, мы, конечно, не надеялись, что власть и в самом деле последует нашему совету. Она, скорее, предпочтет совсем утопить город в грязи, чем делиться своими доходами. И касается это как самого Ульяновска, так и других населенных пунктов, состояние которых всем сегодня глубоко безразлично. А наш читатель еще и считает, что даже если бы власть захотела вернуть дворников, она не сможет этого сделать, поскольку взять людей для этих целей негде.

Раньше, в советское время, пишет он в письме в редакцию, дворниками работали в основном выходцы из сельской местности, которые решили сменить место жительства. Они ехали в города и устраивались на эту работу, на которой были льготы по первоочередному предоставлению служебного жилья. Сегодня этот ресурс пополнения рабочих рядов иссяк. Деревня вымирает и не имеет людей работоспособного возраста. Молодежь там исчезла почти уже совсем.

Наш читатель, вероятно, прав. Не последнюю роль в ускоренном развале села сыграла, надо сказать, и политика властей. В том числе и ускоренный переход на пресловутый Закон №131 с его оптимизацией социальной сферы, означавшей на практике ликвидацию в «неперспективных» населенных пунктах школ, учреждений здравоохранения, почтовых отделений. Мы в свое время предупреждали, к чему приведет «реформирование» по 131-му закону, и в|новь оказались правы. Как всегда, впрочем. Или почти как всегда, скажем мягче. Теперь дошло и до дефицита дворников. Это означает, что наша «культурная столица» продолжит вязнуть в мусоре. Ну, а зимой – в сугробах.

Андрей СЕМЕНОВ.