Федеральный закон №139, подписанный президентом 28 июля и известный как закон о «черных списках» в интернете, успели причислить к пакету репрессивных законов, выданных на-гора этим летом. Его критики считают, что он вводит цензуру в интернете. По замыслу же его инициаторов, закон должен защитить детей от вредного контента в информационном пространстве, не только в интернете, но и в традиционных СМИ. Обсуждению этого закона было посвящено недавнее заседание региональной рабочей группы, координирующей борьбу с опасным контентом в интернете.

Основным докладчиком на заседании был исполнительный директор «Лиги безопасного интернета» Денис Давыдов (Лига – это общественная организация, объединяющая усилия бизнеса, общества и государства в борьбе с вредным контентом в интернете). Он считает принятый закон прорывом в борьбе за безопасный интернет.

Борьба эта началась не вчера. Интернет в школах фильтруется уже давно. В декабре 2010 года был принят Федеральный закон №436 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Теперь в него включены довольно радикальные поправки с целью защиты детей от опасного контента в интернете (ФЗ №139 как раз вносит эти поправки). «В частности, это ограничение доступа к запрещенной информации в местах, доступных для детей, поясняет Денис Давыдов. – Интернет, который бесплатно раздается в таких местах, должен фильтроваться, и администрация таких мест должна применять организационные и иные меры, чтобы препятствовать столкновению детей с опасным контентом». Другими словами, ребенок с планшетным компьютером или смартфоном в зоне доступного интернета (например, в зоне Wi-Fi) больше не сможет загрузить сайт, признанный вредным, и позаботиться об этом должны оператор связи и, скажем, администрация гостиницы, вокзала или аэропорта.

С принятием 139-го закона в российской практике появляется институт «черных списков», в которые будут включаться «вредные» сайты трех типов: с детской порнографией, с пропагандой наркотиков, с «клубами самоубийц». Эти сайты будут блокироваться на всей территории страны оперативно, «без суда и следствия». Именно это Давыдов и считает прорывом, говоря, что это позволит очистить российское информационное пространство: «Мы понимаем, что 90 процентов сайтов с подобной информацией физически размещаются за пределами РФ. Российские правоохранительные органы не имеют возможности эффективно действовать за пределами России.

«Черные списки» позволят оградить российских детей от информации, которая размещается за рубежом. Орган, который будет принимать решение о включении в черный список, Федеральная служба по надзору в сфере массовых коммуникаций, или Роскомнадзор. Естественно, это будет делаться на основании обращения граждан, общественных организаций, других исполнительных органов власти, в том числе силовых ведомств».

«Черные списки» запрещенных сайтов, составленные федеральным Минобразования и региональными властями, существовали и раньше. Во всех школах в компьютерах, которыми пользуются дети, стоят программные контент-фильтры, которые блокируют не только вредные сайты, но и вполне безобидные, если они не относятся к учебному процессу. В частности, в школе нельзя выйти на почтовые серверы или в социальные сети, посмотреть ролик на YouTube или скачать песню в формате MP3 с музыкального сайта. За состоянием контент-фильтров пристально следит прокуратура и органы образования, кроме того, ученики обязаны записывать в особый журнал наименования сайтов, которые они намерены посетить. Зачем еще какие-то «черные списки»?

То было в школах и на компьютерах ответственных родителей, поясняет Денис Давыдов, а теперь вредные сайты будут отсекаться на уровне интернет-провайдеров и сетевых операторов. Школьной администрации это, скорее всего, на руку: меньше головной боли. Российских детей, по разным оценкам, в интернете от 8 до 12 миллионов, говорит Давыдов, шесть процентов из них сталкиваются в интернете не просто с опасным контентом, а с преступниками – с мошенниками, извращенцами, педофилами.

Для сравнения: в Европе только два процента детей сталкивались с реальными преступниками в сети. По словам Давыдова, впервые в России создается комплексная система фильтрации вредного контента. В Великобритании, например, такая система внедряется с 2002 года, там доступ к 97 процентам «вредной» информации эффективно ограничивается. В Германии к тому же блокируются сайты, которые отрицают Холокост или пропагандируют нацистскую символику. Если учесть, что Россия, наряду с США и Таиландом, входит в тройку стран-«лидеров» по темпам распространения детской порнографии, более 40 процентов сайтов с пропагандой наркотиков ориентировано на российских пользователей, а любой поисковик моментально выдает инструкции для самоубийц – система фильтрации вредных сайтов нужна, говорит Давыдов.

Опасения у сторонников свободного интернета могут вызвать некоторые организационные и технические меры, которые при желании можно рассматривать как цензуру.

Во-первых, сайт, попавший в «черный список», можно заблокировать в течение суток, не прибегая к санкции суда, а вот разблокировать – в течение трех месяцев и через суд, если «отфильтрованный» владелец сайта не согласен с примененной к нему санкцией. Вовторых, реестр вредных сайтов («черные списки») будет поручено вести некоему оператору, которого выберут по конкурсу. Как у нас проходят конкурсы, мы знаем, так что есть опасность получить послушного оператора типа «кушать подано». Для власти организовать поток обращений от «возмущенной общественности» с требованиями закрыть те или иные сайты – раз плюнуть. Наконец, не исключены и прямые провокации, когда в комментариях на страничке какого-нибудь оппозиционера в «ЖЖ» или в социальной сети появится реклама наркотиков или откровения педофила. Это станет поводом к тому, чтобы вырвать из рук оппозиции организационный ресурс интернета. А принцип «Друзьям – все, врагам – закон» российская власть применяет уже давно, для этого и пишутся ограничительные законы. Поэтому либеральные политики и правозащитники предостерегают от расширительного применения и закона о «черных списках».

«Мы говорим о конкретной информации, – отвечает на это Денис Давыдов. – В том же «ЖЖ» – очень жесткая внутренняя цензура.

Там действует конфликтная комиссия, которая по малейшей жалобе пользователей безжалостно удаляет страницы. Тот же принцип действует при модерации комментариев в электронных СМИ. Есть закон о СМИ. Добросовестным ресурсам ничего не угрожает. Даже те ресурсы, у которых ранее были проблемы, например, сеть «ВКонтакте», сами справились с проблемой распространения опасного контента. Там, где контент создается самими пользователями (социальные сети и ресурсы «Web 2.0»), эти проблемы решаются администрациями этих ресурсов».

Наконец, существует и чисто техническая проблема фильтрации вредных сайтов. Что и как блокировать – сетевые адреса или IP-адреса? В последнем случае можно вместе с вредным сайтом перекрыть и полезные, «сидящие» на том же адресе. Есть предложение блокировать не сайт, а информацию, но для этого придется отслеживать весь интернет-трафик, а такая фильтрация неэффективна.

Интернет-провайдеры пока не решили, как блокировать вредные сайты, в законе же такая процедура не прописана.

Сергей Гогин

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.