Сообщение о том, что в Ульяновске сформировано региональное общественное движение «За советскую школу», подтолкнуло к воспоминаниям. Уверен, что большинство вспоминает советскую школу с теплотой просто потому, что она ассоциируется с детством и юностью.
Я учился в советской школе. Даже в двух. Мои впечатления противоречивы. Сначала это была обычная школа №35 в ближнем Засвияжье, которую сейчас назвали бы «рабоче-крестьянской», но и там были прекрасные, увлеченные своим делом учителя: первая учительница Анна Ивановна Строгова, соответствующая своей фамилии; прекрасный математик Вадим Александрович Камерин; «англичанка» (помню только фамилию – Никитиных) привила мне любовь к языку и поставила хорошее произношение; учительница географии запомнилась тем, что оставляла в конце урока десять минут, и мы читали вслух какую-то увлекательную приключенческую книгу об Австралии. Помню, как на уроке труда выстругал удивительно кривую указку (первую и последнюю в жизни), но с тех пор знаю, что строгать дерево надо вдоль волокон. Район улицы Полбина был тогда неспокойным, молодежь дралась «квартал на квартал», это отражалось и на контингенте школы – среди учеников попадались натуральные бандиты. От них стонали даже опытные педагоги, поэтому учиться там было некомфортно.
Меня перевели в школу №1 имени Ленина. Возможно, там было слишком много Ленина, но со временем он стал восприниматься просто как неизбежный фон, как «информационный шум». Зато образование нам дали качественное, перепроизводством медалистов школа тогда не страдала, полученные знания стали базой для дальнейшей жизни и до сих пор часто выручают, к учителям испытываю чувство благодарности.
Разве было плохо?
Движение «За советскую школу» выросло из одноименного союза учителей, созданного несколько месяцев назад, и выступает за возвращение советских традиций в образовании.
К ним инициаторы движения относят трудовое воспитание, профориентацию, сдачу норм ГТО, единую школьную форму, институт наставничества, высокий статус школьного учителя, воспитание патриотизма. По словам губернатора области Сергея Морозова, поддержавшего инициативу, сегодня среднее образование все еще живет на ресурсе советской школы, ее традиции имеют «знак качества», поэтому «пришло время отладить и перезапустить этот надежный механизм».
Лидер движения, директор гимназии №44 Лидия Жуковская-Латышева, говорит, что речь идет не о возврате к советским временам, а о возрождении традиций. «Сейчас родители запрещают детям участвовать в субботниках, мыть полы в классах, работать на благо школы, говорят, что в школе есть техничка. Но ведь труд -это фактор воспитания, – настаивает педагог. – В советской школе детей привлекали даже к колхозным работам, и никто из родителей не возражал. Мы же не стали от этого хуже, наоборот, мы полюбили труд. Школьник, который во время недельной летней практики ухаживает за цветами, не разорит цветник. Сейчас везде платные кружки, а раньше дети свободно занимались спортом, сдавали нормы ГТО – разве плохо было? Да, прошлого не вернешь, но взять лучшее из советской школы нужно».
Пожалуй, сбор металлолома и макулатуры -. это было весело, в этом был азарт: какой класс больше соберет. Тогда не употреблялось слово «рециклинг», но мы, школьники, работали как санитары микрорайона, очищая округу от ржавого железа. Сознание того, что из него потом сделают что-то полезное, поддерживало азарт. То же и с бумагой: по-квартирный обход («Дзынь! Здравствуйте, макулатура есть?») превращался в миссию. Особенно удачными были набеги на офисы и конторы с залежами ненужной документации. Важно, что процесс был коллективным и способствовал социализации, даже вполне утомительный труд на полях совхоза «Карлинский». Слабой стороной трудового воспитания в советской школе я считаю затушевывание экономической стороны процесса. Ведь даже знаменитая трудовая колония Макаренко была построена на хозрасчетной основе. Труд должен вознаграждаться хотя бы морально, а мы даже не знали, сколько мы заработали и на что были потрачены эти деньги. В этом был элемент обезличивания, коммунистического «обобществения», трудлагеря, подобно тому, как ежегодная муштра с первого до последнего класса под названием «смотр строя и песни» отражала мобилизационный характер государства («если завтра война, если завтра в поход»)и военизированное лицо массовых детско-школьных организаций. К старшим классам наши девочки начинали созревать, вступали в романтический период, а им – «равняйсь-смирно» и сборку-разборку Калашникова.
Жизнь для галочки и “вдохновляющее управление”
Многие готовы поспорить, что советская школа, построенная на теоретических основах Крупской и Коллонтай, была лучшей в мире. Там было много положительного, считает педагог-методист и биолог Анатолий Марасов, но механический возврат трудового воспитания грозит превратиться в анекдот: «Мы прекрасно понимаем, что в советской школе было много мероприятий для галочки, и это было ужасно, да и учителя к этому относились формально». Было впечатление, что руководство школы стремилось загрузить школьников хоть чем-то, чтобы они не болтались без дела, даже если эта «загрузка» приобретала черты обязаловки. Например, в 1-й школе нам говорили,
что каждый комсомолец должен или ходить на легкую атлетику, чтобы готовиться к эстафете, или петь в комсомольском хоре. Впрочем, возрождать воспитательную работу (а не «мероприятия») в новых формах нужно, чтобы дать ученикам привлекательную альтернативу пиву, сигарете и бесконечным видеоиграм.
И все же название «За советскую школу» – слишком двусмысленно. Нельзя войди дважды в одну реку, да и не нужно. Застрять мыслью в прошлом – значит, лишить себя движения. «А почему мы должны игнорировать историю народного образования? – вопрошает народный учитель РФ, преподаватель истории Юрий Латышев, один из инициаторов движения «За советскую школу». – Мне непонятно, почему сегодня слово «советский» – как красная тряпка для быка. Сегодня учителя унизили до продавца образовательных услуг и «покупатель всегда прав». Родители по любому поводу звонят в администрацию и в прокуратуру, и на нас спускают всех собак. Учитель стал бесправным. Со мной раньше полрайона здоровалось, а сейчас родительница не повернет головы только потому, что я не веду уроки у ее ребенка. Это нормально? Надо вернуться к традициям советской школы, там было вдохновляющее управление и уважение личности учителя».
Положим, не всегда и не везде. Помню хулигана Гусарова из 35-й школы, который закурил прямо на уроке (под одобрение части класса), и другого хулигана, Козырева, который прищемил дверью руку учителю. Ни почтения к педагогам, ни интереса к труду и учебе у этих маргиналов никогда не было, и некоторые тогдашние уроки напоминают мне кадры из американских фильмов про бесплатные школы для черной бедноты или современный ролик из ютуба, где молодой хам-кавказец допекает учительницу при одобрении русских одноклассников. Что касается бесправия педагога, то это вопрос – и к чиновникам от образования, для которых учитель тождествен тоннам сданной отчетности, и к политическому руководству, низводящему педагогов до винтиков предвыборного механизма.
Опять – приводной ремень партии?
Журналист и краевед Николай Марянин не считает советскую школу образцом для подражания: «Мне близки рассуждения выдающегося ученого Александра Любищева, который писал, что в сравнении с дореволюционной гимназией советская школа воспитывала ограниченного человека, не способного мыслить и развиваться. Разве мы далеко ушли от советской школы? Мы же не обрубили историю в 1991 году. Да, что-то хорошее можно вернуть, а отчего-то отказаться навсегда, в частности, от идеологических оков мышления».
Идеологические оковы возвращаются на новом витке истории – как в виде икон на стенах школьных коридоров, так и в виде святой постсоветской троицы Путин-Медведев-Морозов, которая представлена портретами в каждой школе. Ренессанс советского (по крайней мере, разговор об этом) не случаен. Возможно, для власти он является символом управляемости, контроля за подведомственным населением, которое стало задавать неудобные вопросы. Таких понятий, как «свобода» и «творчество», от инициаторов движения «За советскую школу» я не слышал. Опять же символично, что в “Ульяновске эта «советская школа» оказалась встроенной в «Единую Россию»: первое заседание Законодательного Собрания нового созыва открывала как раз Лидия Жуковская-Латышева, которая попала в ЗСО по спискам теперешней «руководящей и направляющей». Она постоянно путалась в регламенте, но зато моментально выучила, что, когда слово берет депутат от оппозиции, надо как можно быстрее заткнуть ему рот. В этом смысле это – «советская школа», причем в худшем ее виде, и возвращаться в такую школу не хочется.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.