Сегодня, 19 августа, исполняется ровно 100 лет со дня рождения коренного симбирянина Георгия Муромского. В 1950- 1970-х годах Георгий Николаевич блистал на подмостках Ульяновского драматического театра и навсегда остался в его истории. Красавец-актер с неподражаемым баритоном был предметом тихого обожания у женского населения Ульяновска.
Воровали фотографии
Выходец из бедной мещанской семьи, Георгий Муромский лет 15-ти от роду уехал в Ленинград. Устроился на работу в трампарк, а свободное время проводил в ТРаМе – театре рабочей молодежи. Случайное увлечение стало делом всей его жизни. И хотя театрального образования Георгий Николаевич никогда и нигде не получал, он имел успех во многих городах, куда его приводила судьба. В молодости артист поездил по Уралу: Березняки, Кунгур, Нижний Тагил… Были в его жизни Пенза и Кинешма Ивановской области. В годы войны, конечно, в составе агитбригад выезжал на фронт. Ненадолго возвращался в Ульяновск, а окончательно осел на родине в начале 1950-х. – По жизни папа был весьма скромен, весел и улыбчив, – рассказывает дочь актера Тамара Георгиевна. – Он умел разряжать домашнюю атмосферу, если она накалялась, а сам имел мягкий характер. Совсем другим он был в театре. Папа не играл в рамках одного амплуа – трагика, комика или другого, у него был особенный дар. В одном сезоне он мог играть полярные роли – Хлестакова в «Ревизоре» и Астрова в «Дяде Ване». Моя любимая роль – Юлиус Фучик в спектакле «Прага остается моей» по книге Фучика «Репортаж с петлей на шее». Этот взгляд, который сохранила фотография, меня как рядового зрителя пронзал. Дома я его таким не видела.
Муромский был и талантлив, и красив. А потому были у него и многочисленные роли, и поклонницы. Небогатые 50-70-е годы к тратам на цветы не располагали, и девушки писали Георгию Николаевичу записки. Бывшая начальница Управления культуры области Людмила Москвитина как-то призналась Тамаре Муромской, что школьницей ходила с подругами воровать фотографии ее отца с театрального стенда… Но у Георгия Николаевича уже была муза – жена Валентина Васильевна, которую он ласково звал Валюсей, Люсей. Успехом своим он не козырял и использовал влияние, помогая молодежи, поскольку в течение долгих лет являлся бессменным секретарем месткома. Сам с семьей ютился в однокомнатной квартире, и когда замужняя Тамара приезжала к родителям со своими тремя детьми, он закрывался в туалете и там учил тексты ролей. При этом именно внукам больше, чем дочери, досталось внимания и заботы Муромского. С ними он нянчился, играл, для них сочинял невероятные сказки, в которых запросто могли оказаться летающие медведи.
Озорной «аристократ»
Не все было гладко в карьере Георгия Николаевича. В 1967 году в Ульяновск приехала режиссер Вера Ефремова, которая привезла с собой полтора десятка сильных, интересных актеров. Муромский лишился режиссерского внимания и очень переживал. В те годы – с 1967 по 1974 – в театр пришли совсем молодые Ирина Янко, Сергей Кондратенко, Михаил Петров, Фарида Каримова, Александр Куражев. А до них – Зоя Самсонова, Алексей Дуров, Кларина Шадько, Борис Александров, Валерий Шейман, Валентина Савостьянова и другие.
– Когда я училась в училище и- приходила в театр на практику, Муромский, Юрасо-ва, Сухорукова – целый каскад уникальных личностей и актеров – были уже стариками, -рассказывает народная артистка России, лауреат Госпремии РФ Кларина Шадько. – Эта плеяда представляла старую театральную школу, бережно хранившую законы сцены, речи, этики, поведения, уважительного отношения друг к другу в театре. Муромский был часть той, во многом уже ушедшей, театральной культуры: в нем были изысканность, интеллигентность, спокойствие, уважение ко всем работникам театра. Все они деликатно относились и к начинающим артистам, любые замечания делали очень тактично. Я играла с ним в «Кремлевских курантах»: он – Забелина, а я – Забелину. Это был легкий партнер, с которым радостно и весело репетировалось и так же хорошо игралось. Рассказывали, что до моего прихода высокий, очень красивый – а годы только придавали благородства его красоте – Муромский был ведущим актером нашего театра. Он очень бережно относился к своей семье: его жена, дети и внуки жили «при театре», он всегда брал их на гастроли, особенно в поездки по деревням области. В той неустроенности и тех очень скромных условия мы жили очень весело и радостно именно благодаря этой плеяде актеров с их жизнестойкостью и жизнерадостностью. У них мы учились озорству в хорошем смысле этого слова – они весело и беззлобно разыгрывали друг друга. Их энергия нас подпитывала, поддерживала, давала школу профессионального мастерства и человеческих отношений. На аллее почета
В конце 1981 года Муромские получили двухкомнатную квартиру в доме на улице Гагарина. Прожили в ней около двух месяцев, и однажды, вернувшись домой, Георгий Николаевич сказал: «Все, елки провел, всех наградил. Люсь, пора коллектив собирать: 11-го новоселье сделаем!». 11 января ему стало плохо, и актеру вызвали «скорую помощь» – в первый и последний раз. 67-летнего артиста не стало. И потрясенный коллектив пришел.
Похоронили заслуженного артиста РСФСР Георгия Муромского на аллее почета Ишеевского кладбища. 12 лет спустя, перед своей смертью, Валентина Васильевна просила дочь: «Положи меня рядом с отцом!». Тамаре Георгиевне пыталась помочь Зоя Самсонова, но единственное, чего она смогла добиться – это могилы неподалеку от места захоронения ее отца. Жаль, переживает Тамара Георгиевна, не выполнила последней просьбы мамы.
…Накануне юбилея Муромского 100-летие со дня рождения его жены, которая тоже родилась в 1914 году, отпраздновали в кругу семьи, коллег, друзей. Теплый вечер воспоминаний состоялся во дворе бывшего Дома актера. К слову, к созданию Дома актера самое непосредственное отношение имела Тамара Георгиевна. Вернувшись в Ульяновск после жизни с мужем-военным на Камчатке, она устроилась на работу секретарем Всероссийского театрального общества (теперь эта организация называется Союзом театральных деятелей). Из. заброшенного здания -бывшего дома семьи Федора Ливчака – сделали настоящую «конфетку», которая приводила в восторг столичных театралов. Теперь Дом актера переживает очередное возрождение из пепла, уже в качестве музея «Театральная жизнь Симбирска».
Анна ШКОЛЬНАЯ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.