«Возьмем этот телефон. Это ваш? — убедившись, что вещь принадлежит мне и расчеты на ее примере для меня будут куда нагляднее, мужчина, работающий в ломбарде, продолжает объяснять: — Если вы принесете его к нам, мы его оценим, например, в сто рублей. Деньги вам дадим. Через месяц вернете, скажем, 105 рублей и телефон заберете. Если не вернете, еще месяц мы его будем хранить и охранять и ничего с ним сделать не сможем. А в «черном» ломбарде вам дадут 100 рублей, а выкупать за 150 придется. И если просрочите с выкупом, то на следующий же день его выставят на продажу. Придете забирать — а нету, уже ушел». Разговор с руководством ломбарда постепенно сводится к тому, что услуги этого учреждения — одни из самых недорогих и надежных для желающих занять немного средств на небольшой срок. Главное — не попасть в черный день в «черный» ломбард.

Ломбард — это, кажется, что-то из XIX века, где ростовщики, старуха-процентщица, а рядом Родион Раскольников с топором под мышкой. Но, если пройтись по улицам города, окажется, что представление это обманчивое. Вывески с рекламой ломбардов сегодня встречаются как в центре города, так и в районах.

Конечно, ломбарды возникли в России до революции. Например, Симбирская городская дума в 1898 году представляла доклад о необходимости учредить в городе самостоятельный ломбард для поддержания населения на плаву. Для этого городу даже разрешали позаимствовать 30 тысяч рублей из свободных денег городского банка.

Такой пережиток капиталистического вроде бы прошлого, как займы населению под залог, продолжал существовать и в советское время. Более того, деньги в долг советским товарищам давало само государство. В Ульяновске коммунальный акционный ломбард начал работать в 1928 году.

В новую постсоветскую экономику город вошел, также не отказавшись от этого своего учреждения. В 1992 году мэрия приняла решение о регистрации МУПа «Ульяновский городской ломбард». МУП, имевший несколько пунктов приема вещей и выдачи займов просуществовал до 2014 года. Два года назад город наконец решил, что кредитование граждан — не его профиль, и ломбард приватизировал.

Пока власть от непрофильных активов избавлялась, бизнес на займах населению рос. На 1 июля 2016 года, сообщили нам в Ульяновском отделении Волго-Вятского главного управления Банка России, в стране было зарегистрировано 7,8 тысячи ломбардов. За первые шесть месяцев 2016 года они выдали россиянам 99 миллиардов рублей по 13,9 миллиона договоров. Ульяновская область от страны не отставала. В регионе к середине 2016 года было зарегистрировано 47 ломбардов. За первое полугодие они выдали ульяновцам 171 миллион рублей взаймы по 54,1 тысячи договоров.

Впрочем, в самих ломбардах утверждают, что в последнее время о росте их бизнеса говорить уже не приходится. Дело в усилении госрегулирования. Федеральный Закон «О ломбардах» был заметно изменен, с 2014 года функции контрольно-надзорного органа за их деятельностью перешли к Банку России. В результате чего, отмечают в Ульяновском отделении, последние два года регулирование работы этих субъектов финансового рынка существенно усилилось. Центральный банк, например, устанавливает для ломбардов предельные процентные ставки по выдаваемым займам. И они, подчеркивает руководитель одного из таких учреждений Ульяновска Иван Красильников, куда ниже разрешенных ставок для также выдающих небольшие суммы населению микрофинансовых организаций и потребительских кооперативов.

К нему в ломбард, принимающий под залог только ювелирные изделия, рассказывает Красильников, часто обращаются мелкие предприниматели, пенсионеры и бюджетники, чтобы занять оборотных средств или денег до зарплаты. Вещи обычно выкупают, на продажу остается лишь около десяти процентов от приносимого залога. Ломбард для клиентов, объясняет он, это надежный способ получить деньги на черный день, чтобы потом их возвратить.

Правда, и клиентов, по словам представителей ломбарда, уже начинает смущать бюрократия, которая возникла с усилением госрегулирования. Вещи теперь принимаются лишь при наличии документов, а документы, которых семь штук, подписываются в трех экземплярах, один из которых идет на хранение.

Хотя не всегда ульяновцам, приходящим за займом в ломбард, приходится сталкиваться с этими сложностями. Бывает, что, попав в учреждение под вывеской ломбарда, клиент не заключает с ним договор займа, а подписывает какой-то другой документ, например, договор комиссионной продажи. Вот это-то и указывает, что нуждающийся в средствах гражданин попал не в работающее по всем правилам учреждение по оказанию финансовых услуг, а к нарушающему закон предпринимателю, организовавшему «черный» ломбард.

Хозяева таких точек идут на нарушения, потому что они, даже будучи пойманными, страдают меньше остальных — отделываются наказанием в виде штрафов, суммы которых относительно не велики. В результате некоторые существовавшие ранее в рамках закона ломбарды в Ульяновске начинают переквалифицироваться в такие комиссионки.

И представители законно работающих ломбардов, и Центробанк предупреждают, что лучше в такие организации не обращаться.

Центробанк вместе с другими ведомствами также занимается выявлением нарушителей.

Часто незаконно используется название ломбардов, как показывает практика регионального Управления Федеральной антимонопольной службы, которое требует от нарушителей отказываться от этого термина и штрафует их за его употребление, организации, существующие как комиссионные магазины. Они права выдавать займы под залог имущества не имеют. В них, рассказывают участники легального финансового рынка, клиентов ждут скрытые платежи, например, за хранение сданных предметов и другие неприятности, вроде в несколько раз подорожавшей вещи после ее невыкупа в срок. Тем, кто приходит в такие комиссионки за недорогими покупками, тоже стоит поостеречься. Ассортимент в них обычно разнообразен, но нередко составляют его ворованные вещи.

Лидия Пехтерева