2 марта на открытии музыкального фестиваля “Мир, эпоха, имена…” в Ульяновске выступил известный пианист Денис Мацуев. Перед концертом музыкант нашел время ответить на вопросы журналистов, рассказать, что связывает его с Ульяновском, и раскрыть несколько професиональных секретов.

– Денис Леонидович, сложился стереотип, что вы играете напористо, мощно, но в прошлом году вы начали играть 31 сонату Бетховена, произведение романтическое. Вы говорили, что это для вас новая высота, и критика отмечала лирическое исполнение сонаты. С чем связано появление такого произведения в вашем репертуаре? Есть ли какая-то потребность изменить этот стереотип?

– Я считаю, что человек, который выходит на сцену, не должен думать: здесь я буду играть глубко или более философски, а эта пьеска более легкая, я здесь буду играть виртуозно. Нет, любое произведение сложное, если его сыграть по-настоящему. Выбор произведений зависит от программы, которую я играю. Она, как правило, составлена под разные вкусы публики, потому что я играю для публики. Мнение публики, в частности нашей, для меня – самое важное. И те люди, которые окружают меня, это и профессор Доренский, и мои родители, и еще несколько человек, которым я доверяю, их мнение для меня очень важно, потому что они говорят правду. Бетховенский цикл идет сейчас в моей жизни, в моем репертуаре. Я очень жадный человек на новый репертуар. Действительно, некоторые сонаты для меня премьерные, как 31-я, так и 17-я, которую я начинаю играть. С ней, я надеюсь, приеду с сольным концертом к вам в следующем году.

– Прошлый концерт в Ульяновске вы завершили Революционным этюдом Скрябина, и вы вообще часто его исполняете. Это произведение было написано в революционную эпоху, а отражает ли оно сегодняшние настроения, и какая музыка способна их отразить?

– Была такая знаменитая пианистка Марина Леонидовна Юдина. Женщина со странностями, но она была одной из самых выдающихся пианисток за все годы. Святослав Рихтер рассказывал, как она играла прелюдию Баха: напористо, с темпераментом и страстью. После этого он спросил: “А почему вы так играете, с таким порывом?”. На что она ответила: “А сейчас война!”. Она была интересной женщиной, которая передавала какие-то такие вещи.

Но на мой взгляд, нужно в первую очередь передавать мысли композитора в тот момент, когда он писал то или иное произведение.

В какой эпохе я нахожусь, когда выхожу играть Революционный этюд Скрябина или Революционный этюд Шопена? Или Третий концерт Рахманинова, один из самых ностальгических концертов Сергея Васильевича, который был написан задолго до революции, но в котором уже чувствовалась эта какая-то неповторимая тоска по дому, будто он предчувствовал эту историю? Либо Второй концерт Прокофьева, который был написан до революции, но это один из самых трагедийных концертов в фортепианном репертуаре? Такое ощущение, что Прокофьев предчувствовал эту трагедию.

Я считаю, что это именно трагедия, как бы ее ни обозначали сейчас. В тот момент это была трагедия, потому что Рахманинов, и Стравинский, и Прокофьев покинули нашу страну, правда, Прокофьев потом возвратился. Эти произведения передают в музыке тревогу и вообще тревогу времени. Это в XX веке особенно у наших композиторов прозвучало. У Шостаковича Пятая симфония написана в 1937 году. Понимаете, что это было за время, и, конечно, он передал этот ужас в гениальной симфонии. Когда я выхожу играть то или иное произведение, я читаю о той эпохе, когда оно было написано, о переживаниях композитора, когда он писал это произведение. Это, безусловно, очень важно, это очень сказывается на исполнении произведения.

– Расскажите о своей связи с инструментом, ведь в каждом городе он разный.

– От того, насколько ты быстро найдешь контакт с инструментом, зависит успех концерта. Где-то на это уходит 10 минут, где-то несколько часов. Безусловно, у каждого инструмента есть своя индивидуальность, своя окраска, свой тембр. За ним нужно ухаживать, к нему нужен подход. Не каждый инструмент поддается сразу.

Но при этом для меня не имеет значения, в каком зале играть. Для меня каждый выход на сцену – как в последний раз. И для меня очень важно, что я доехал в очередной раз до Ульяновска на ваш фестиваль. Сегодня мы в союзе с Олегом Евгеньевичем Зверевым (главный дирижер Ульяновского симфонического оркестра. – Ред.) будем играть разную программу. С Олегом Евгеньевичем мы знакомы не один год с тех времен, когда я жил в Иркутске, а он возглавлял наш иркутский оркестр. Поэтому наша дружба и творческий союз достаточно давно уже длятся. Я очень рад, что оркестр здесь живет и творит, это замечательный коллектив. И я никогда не забуду первый свой концерт в Ульяновске – концерт на открытом воздухе на юбилее Гончарова.

Лидия Пехтерева

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.