«Спасибо деду за Победу!», «Мы чтим, мы помним!», «На Берлин» — что для нас эти лозунги сегодня: наклейки на авто или слова, наполненные смыслом? Во что мы превратили 9 Мая: в национальную идею или победобесие? Об этом и о многом другом заставили задуматься корреспондента «МГ» события нынешней весны.

Ветеран из «шкафа»
С уходом ветеранов уходит и память о войне, и радость от победы. О чем говорить, если совсем недавно интернет пестрил шутками про строительство копии рейхстага в Москве, а малолетняя дева, член патриотической «Юнармии», в канун Победы со сцены Кремлевского концертного зала с придыханием читала переделку Маяковского: «А я, будь хоть дедом преклонных годов, Реально, по жизни, по сути, Немецкий бы выучил только за то…». Да уж, дьявол обитает в мелочах.
На днях мне позвонила знакомая — Елена Яковлева: «Хочешь анекдот?». Ее 90-летней бабуле, что по-пластунски проползла от Москвы до Польши, вытаскивая с поля боя раненых солдат на себе, сделали подарок: бутылку водки, вафельный торт и красную помаду.
«Она у меня юморная, потому спросила: «Я что, так плохо выгляжу?». Мне же стало обидно, какая-то память с душком», — с грустью и иронией поведала Елена.
Помада, просроченный майонез, сгущенка «по акции», пшенка – всё это неприятные мелочи по сравнению с грандиозными ляпами наших чиновников.
Так, в редакцию «МГ» звонили родственники ветеранов, давно ушедших из жизни, которым всё приходят торжественные поздравления с 9 Мая. Вот это «память» так «память»!
В прошлом году, в годовщину Курской битвы, 23 августа, депутаты Гордумы разослали открытки, на которых изображено, как немецкие «Мессеры» бомбят наши танки. Откуда же им было разглядеть свастику на самолетах?! Нынче и вовсе так долго ждать не стали, потому в День Победы в центре города вывесили билборды с фото, на котором изображено, как на немецком заводе собирают танки для уничтожения русского народа, и подписали: «Мы помним! Мы гордимся!».
И когда в Астане ветеранам выдавали к празднику по 500 тысяч рублей, на пороге нашей редакции рыдал 75-летний старик — дитя войны — Анатолий Кулагин, которому негде жить.
Тут же 150 млн рублей мы тратим на перевозку военных для парада на Красной площади, но не знаем, где взять средства, чтобы поддержать всего 1,8 миллионов тех, о ком помним.
В нашей области участников войны вообще осталось чуть более 1000 человек, а в инзенской Глотовке зимой этого года из жизни ушел последний фронтовик.
Но мы праздновали 9 Мая и пили «боевые 100 граммов», закусывая гречневой кашей, покупая детям «надувных ветеранов» в медалях. И нам на потеху «внесли» на площадь 100-летия В.И. Ленина еле живого ветерана, в старых кирзовых сапогах, мол, «Смотри, отец, как мы помним!».
Тем временем по ТВ вещают:«РПЦ хочет записать Зою Космодемьянскую в великомученики». Следом новость, как в культурной столице, Питере, пожилую женщину, в орденах, почти в беспамятстве посадили рядом с плакатами «Долой власть!», а другие за это пытались ее избить.
Мы гордо шагаем по улицам мимо вывесок с ошибками «Ни кто не забыт!» и несем в марше «Бессмертного полка» фотографии своих отцов и дедов. А в это время они, прихорошившись с раннего утра, сидят дома в потрепанных креслах и ждут звонка.
Глядя на всё это, осознаешь: честно – лучше никак, чем так! Не надо доставать ветеранов из «шкафа» раз в год для своих нужд как атрибут или повод выпить!
Кажется, только минута молчания еще сохранила способность отрезвлять умы от творящейся вакханалии.

Победобесие
Совсем недавно в обиходе появилось слово победобесие. Я долго возмущалась, пока не поняла, как емко в нем отразилось всё наше невежество.
— Я помню, так же было при Хрущеве, когда молодость по необразованности своей обесценивала заслуги предков. Тогда ветераны поснимали медали. И вот теперь с горечью констатирую: носить награды вновь стыдно. Мне кажется, всё это делается специально, чтобы изничтожить заслуги народа, стереть его память, а вместе с ней гордость. Так легко завоевать, подчинить, уничтожить без единого выстрела. 9 Мая для нас не просто День Победы, это День национального единства. Пошатнув его устои, мы пошатнём саму государственность, — считает народный учитель истории Юрий Латышев.
— Еще пять-десять лет назад столько казенной, низкокачественной пропаганды на улицах городов не вывешивали! Теперь и Сталин – враг, и Ленин — чудак. Пушкин сказал: «История моей страны полита кровью, но ни за что на свете я не хотел бы сменить Отечество!». Я танкист. Мне 93 года. И я буду жить и стоять на страже своей Родины, потому что я — часть великого многонационального российского народа и это моя страна! – заявил ветеран Великой Отечественной войны Александр Студиникин.
Ольга КИРИЧЕНКО
P.S. Друзья! У нас остался последний настоящий праздник – День Победы! Заметим: ни один новый ведь не прижился. Так давайте сохраним память! Если вдруг вы встретите на улицах ветеранов, в любой день скажите им: «Спасибо!».