Такими словами телеканал «Евроньюс» назвал репортаж о вердикте суда присяжных на процессе по делу об убийстве 27 февраля 2015 года бывшего губернатора Нижегородской области и бывшего вице-премьера правительства России Бориса Немцова.

Поздно вечером того дня Немцов был убит выстрелами из пистолета на Большом Москворецком мосту в сотне метров от Кремля. На суде по обвинению в этом наглом и беспрецедентном преступлении предстали пять человек. Все – чеченцы по национальности. В четверг, 29 июня, коллегия присяжных признала всех их виновными и не заслуживающими снисхождения, после чего судьи вынесут приговор. Как предполагают, это может быть пожизненное заключение. Семья Бориса Немцова обжаловать решение суда не намерена.

Друзья же и коллеги бывшего вице-премьера считают, что следствие и суд скомкали дело, оставив открытым вопрос о заказчиках и организаторах убийства, которые не установлены и не названы, а может быть, только не названы. На этапе расследования были попытки допросить одного из высокопоставленных силовиков Чечни, однако власти республики не позволили сотрудникам Следственного комитета России это сделать. Их просто не пустили в село, где у подозреваемого (или свидетеля) находится дом. Соратники Бориса Немцова по политической деятельности после оглашения вердикта присяжных заявили, что отсутствие на скамье подсудимых заказчиков и организаторов покушения означает, что политические убийства в России продолжатся.

Особое мнение в интервью «Радио Свобода» высказал бывший экономический советник президента России Андрей Илларионов, ныне работающий в одном из научных институтов США. На взгляд Илларионова, следствие ушло очень далеко от истинной картины преступления. На основании выложенных в сеть материалов по этому делу Илларионов реконструировал те события и указывает на многочисленные нестыковки в официальной версии, в числе которых – ложь в показаниях свидетелей, расхождение во временных параметрах разных эпизодов преступления и имевшие место попытки пустить следствие по ложному следу. Сначала, если помните, говорит Андрей Илларионов, это был украинский след – с негласным указанием на службу безопасности Украины, но инцидент по ходу расследования вынудил эту версию быстро замять.

Инцидент следующий. В числе подозреваемых был еще один человек, тоже чеченец, но противник нынешних хозяев республики. В свое время он уезжал в Украину, якобы воевал в Донбассе на стороне Киева, потом вернулся в Россию. Во время задержания он подорвал себя гранатой, и это оборвало, считает Илларионов, рисовавшийся кем-то украинский след. Неизвестно, правда, что именно он имеет в виду. Возможно, то, что в случае взятия этого врага официального Грозного живым, в камере его заставили бы признать все, что было нужно для «украинского следа», назвать заказчиком убийства Бориса Немцова, скажем, хоть самого главу Украины Петра Порошенко.

Провал этой схемы повернул следствие на чисто чеченский след и на натяжки, которые пришлось делать. Так, Илларионов сомневается, что названный непосредственным исполнителем убийства Заур Дадаев имеет к этому отношение. По расчетам Илларионова, Дадаева в момент выстрелов на Москворецком мосту не было – он находился на Весенней улице и, следовательно, стрелять в Немцова не мог.

Но «чеченская версия» убийства политика, много сил отдавшего в свое время прекращению чеченской войны и предотвращению уничтожения народа Чечни, кому-то показалась наиболее удобной из всех возможных, да еще и с мало кому известными фигурантами. Борис Немцов, о чем я уже много раз писал, был наиболее ярким и грамотным политическим деятелем современной России, готовым кандидатом на любой пост в стране. Он много лет работал губернатором, потом – вице-премьером, на момент убийства был депутатом Ярославской областной думы. Знал как проблемы России в целом, так и проблемы ее народа, и знал пути решения тех и других. Был полон сил, идей и планов.

Юрий Кашинский